Полка книг

45 >

в голосе Госсе он ощущал скрытое беспокойство или, может  быть,  сомнение:
справится ли он; и в таком  сомнении  было  нечто  покровительственное,  а
этого он просто не выносил. И вот сейчас, когда он  остался  действительно
один, когда ни человеческий  голос,  ни  автоматический  пульс  радиомаяка
Грааля не могли поддержать его в этой бесконечной  белой  пустыне,  вместо
свободы и облегчения он ощутил неуверенность - подобно  человеку,  который
попал во дворец, полный чудес, и не имеет ни малейшей охоты покинуть  его,
но вдруг видит, что ворота, до сих  пор  радушно  открытые,  сами  за  ним
закрываются. Он выговорил себе за  это  бесплодное  ощущение,  похожее  на
страх, и  начал  спускаться  к  поверхности  облачного  моря  по  довольно
покатому и местами обледенелому склону прямо к Большому  Пику  -  черному,
достающему до неба и странно согнутому, словно палец, манящий его к себе.
   Раз-другой подошва большехода соскользнула с  тупым  скрежетом,  осыпая
вниз громады  камней,  вырванных  из  ледяных  оков,  но  это  не  грозило
падением. Он только ставил ноги так, чтобы ступни врезались шипами пятки в
скорлупу наста, и поэтому двигался медленнее,  чем  раньше.  Спускался  по
крутому склону между двумя расселинами, упорно и нарочито топая,  так  что
фонтаны ледяных брызг отлетали от его наколенников и поножей, всматривался
в глубь долины, дно которой просвечивало сквозь проплешины туманов, и  чем
ниже он сходил, тем выше вздымался над ним из-за далеких молочно-белых туч
черный палец Большого Пика. Так  он  дошел  до  полосы  пушистых  облаков,
плывущих ровно и медленно, как по невидимой воде; они доходили ему уже  до
бедер, до поворотного круга  бедер,  одно  облако  накрыло  его  вместе  с
кабиной, но исчезло, словно кто-то его сдул. Еще  несколько  минут  Черный
Палец маячил над пушистой бездной - как скальная  палица  над  арктическим

Следующая

45 >