Станислав Лем. Патруль -
4 >
на метр в глубину. Но стоило кому-нибудь залететь в его сектор на
четверть миллипарсека, как он немедленно подавал рапорт, -- даже
если это был его товарищ по Базе. Были и другие причины, уже
совершенно пустяшные, о которых и говорить-то неловко, -- он,
например, вытирался чужими полотенцами, чтобы подольше не пачкать
собственное, -- но, когда он не вернулся на Базу, все вдруг
обнаружили, что Уилмер -- отличный парень и надежный товарищ.
Снова безумствовал радар, пилоты летали без смены и вне
расписания, радисты из службы прослушивания не уходили домой и
спали на смену у стены, на лавке, -- даже обед им приносили
наверх; Шеф, уехавший было в отпуск, вернулся спецрейсом, пилоты
прочесывали сектор четверо суток, а настроение у всех было такое,
что за не согнутый, как положено, шплинт в какой-нибудь гайке
готовы были шею свернуть механику; приехали две комиссии
экспертов, АМУ-116, как две капли воды похожий на ракету
Уилмера, разобрали буквально до винтика, как часы, -- без
малейшего результата.
Правда, в секторе было тысяча шестьсот триллионов кубических
километров, но он считался спокойным -- ни случайных метеоритов,
ни постоянных метеоритных потоков; даже орбиты старых, уже сто
лет не появлявшихся комет не пересекали его, а известно, что
такая комета иногда рассыпается на кусочки где-нибудь рядом с
Юпитером, в "мельнице" его возмущений, и потом мало-помалу сорит
на старой орбите осколками распавшегося ядра. Но в этом секторе
не было решительно ничего -- ни один спутник, ни один астероид не
залетали сюда, не говоря уж о целом их поясе; и как раз потому,
что пустота была в нем такая "чистая", пилоты не любили тут
патрулировать.
Тем не менее Уилмер был уже вторым пилотом, исчезнувшим