Станислав Лем. Патруль -
16 >
рассек изображение надвое и начал сдвигать разъединенные
половинки; когда же это ему удалось, взглянул на шкалу -- и
остолбенел в третий раз.
Светящийся объект летел в четырех километрах от него!
Как если бы кто-то, выжимая полную скорость на гоночной
машине, очутился в пяти миллиметрах от другой машины --
четырехкилометровое сближение в пространстве столь же опасно и
недопустимо.
Пирксу оставалось сделать уже немногое. Датчик наружной
термопары он нацелил на светлячок, ручкой дистанционного
управления перемещал визир до тех пop, пока тот не совпал с
молочно светящейся точкой, и краешком глаза уловил результат: 24
градуса по Кельвину. Стало быть, светлячок имел температуру
окружающего пространства -- всего на 24 градуса выше абсолютного
нуля.
Теперь он, собственно, был совершенно уверен, что это
пятнышко не может ни существовать, ни светиться, ни тем более
двигаться; но так как оно по-прежнему плыло перед самым его
носом, Пиркс продолжал лететь за ним вслед. Светлячок тускнел все
заметнее и все быстрее. Минуту спустя Пиркс убедился, что до него
уже сто километров, -- и прибавил скорость.
И тут случилось, пожалуй, самое удивительное.
Сначала светлячок позволял себя догонять -- до него было 80,
70, 50, 30 километров, -- а потом снова ушел вперед. Пиркс
увеличил скорость до 75 километров в секунду. Светлячок -- до 76.
Пиркс снова прибавил тягу -- но теперь уже всерьез. Он дал
половинную мощность дюз, и ракету швырнуло вперед. Тройная
перегрузка вдавила его в подушки кресла. АМУ обладал небольшой
массой покоя и разгонялся в темпе гоночного автомобиля. Через
минуту он давал уже 140.
Светлячок -- 140.5.
Пилот Пиркс почувствовал, что ему становится жарко. Он дал